Призма цинизма

Не сомневайтесь, я здоров.
Три божьих одуванчика лузгают семочки у подъезда. Кудахчут себе под нос о последних новостях жизни кондоминимума. Лица их печальны и недовольны. К ним подсаживается четвертая бабка с глумливой улыбкой на лице. Трое внимательно ее оглядывают, потом брезгливо встают и уходят. Пугливо оборачиваясь, скрываются в подъезде.
Следующая сцена.
Очередь в сберкассе. Все те же пенсионерки размахивая квиточками и кошельками создают очередь и неразбериху. К ним присоединяется уже знакомая по предыдущей сцене бабушка. Реакция вновь однозначна – все пенсионерки замолкают, прячут кошельки и платежки и выстраиваются в молчаливую очередь в затылок друг другу.
Следующая сцена.
Гурьба старушек набивается в автобус. Они недовольно щебечут и оглядывают окружающих, чтобы немым укором расчистить себе сидячие места. Блуждая по полу, их взгляд натыкается на розовые Camelot с невероятным количеством дырок, сквозь которые протянуты неимоверной гламурности шнурки. Гражданки пенсионного возраста включают бубнилку и поднимают полный ненависти взгляд.
Ухмыляясь на них смотрит изгой предыдущих эпизодов. Кругом темно, слышны старушечьи визги, мат, а также треск костей, изнывающих от недостатка кальция. Одна из бубнилок лежит в луже крови на полу. По ее голове проходит розовый Camelot, оставляя ярко выраженный след в серой массе мозгов и осколков черепа.
Camelot. Оставь свой след.

можно было написать про гавно, но не хочется

Advertisement